Старец Порфирий (Баирактарис): Да будут все едино
С читателями «Татьяниного дня» архимандрит Георгий поделился своими воспоминаниями о своем духовном отце старце Порфирии (Баирактарисе).
Встреча со старцем
Старец Порфирий был великим старцем не только для Греции, но и для всего православного мира, и для России. Он всегда говорил, что благодать от Бога он получил через русского подвижника старца Димаса в Кавсокаливах на Афоне. Старец Порфирий пришел туда в возрасте двенадцати лет. И до последних мгновений жизни вспоминал того русского аскета.
– Как Вы познакомились со старцем Порфирием?
– Это произошло в 1985 году. Уже тогда он был известен в Греции. После первой встречи в моей душе появилось горячее желание встретить его снова и спросить, есть ли воля Божия стать мне монахом. В декабре того же года я вернулся к старцу. Посетителей в тот момент у него не было. Он встретил меня словами: «Я ждал тебя».
Я спросил о монашестве. «А чем ты занимаешься?», – поинтересовался он. «Несу воинскую службу в Афинах». Он переспросил: «Чем-чем?» Тогда я ответил, что у меня есть большой участок земли, на котором я посадил много оливок и хотел в дальнейшем заниматься земледелием, чтобы быть ближе к Богу. Он описал в деталях мой участок и добавил: «Напротив того склона, где ты посадил оливки, находится монастырь Богородицы. Между монастырем и твоим участком есть река, но вода в ней на зиму пересыхает…» Я в недоумении слушал его, думая, откуда же все это ему известно. Он тотчас ответил на мои мысли: «Откуда я это знаю? С детства я жил с подвижниками на Святой горе Афон. Я и сейчас там» (хотя беседовали мы в Мелеси). Тут я понял, что Господь посреди нас, и Он открыл старцу мою жизнь. Это был потрясающий опыт!
Дальше Геронда сказал, что на вершине участка стоит домишко. Я ответил, что там у нас действительно есть один сарайчик. «На том месте хорошо бы устроить небольшой монастырь», – озвучил он мою сокровенную мечту, о которой не знал никто, кроме Господа. Я спросил отца Порфирия: «Геронда, откуда Вы это знаете?» Он ответил: «Я просто это знаю». Так старец Порфирий покорил мое сердце. Он дал мне номер телефона, по которому ему звонили духовные чада. И попросил меня хранить втайне наш разговор и его дар прозорливости: «Поезжай в Трикалу, никому не рассказывай о том, что я сказал тебе, и все так и произойдет».
Мы попрощались. В келью зашли два военнослужащих, с которыми сперва Геронда отказался говорить. Один из них заплакал. Старец увидел его огорчение и пригласил к себе в келью со словами: «Заходи, земляк Феодора» (так меня звали в миру). Тот стал сопротивляться: «Нет, я родился в Сербии». Но Геронда настаивал: «Ты из Трикалы». Тогда юноша вспомнил, что на самом деле его отец был родом из Трикалы! Выйдя из кельи старца, он радостно сообщил мне: «Старец Порфирий сказал, что ты станешь монахом» (а мне на мой вопрос о монашестве Геронда не ответил). В тот миг я ощутил и радость, и огорчение одновременно. Радость от того, что узнал правду, и моя душа упокоилась, и огорчение потому, что не хотелось рвать связи с миром, с семьей, да и вообще со всем, что у меня было.
Вот так мы познакомились со старцем Порфирием. Накануне Пятидесятницы 1999 года он позвал меня к себе, чтобы спросить о моей жизни (в то время я был послушником в Кавсокаливах). Я отвечал ему с вдохновением и уверенностью, что по его молитвам, слава Богу, все хорошо. «Я дам тебе подарочек, – сказал он, – чтобы тебя благословить, и тогда придет благодать Божия, без которой ничего в духовной жизни не происходит».
Через шесть месяцев в последний вечер перед его кончиной, он позвал меня к себе снова. Я сидел подле той кроватки, на которой он испустил дыхание. Он хотел мне сказать, что на следующий день я закину сеть в море (я нес рыбацкое послушание в Кавсокаливах). «Те рыбы, которые ты поймаешь, отдай в монастырь в Афинах». Дальше он уже не мог говорить, потому что силы его покинули, но он не хотел, чтобы я уходил от него. Я припал головой к его руке, молясь о последних мгновениях его жизни. Не отпуская меня от себя, Геронда хотел передать мне свои благодать и молитву, чтобы я мог с его благословением служить Господу и Церкви.
![Могилка старца Порфирия на Святой Горе Афон Могилка старца Порфирия на Святой Горе Афон](/data/2012/11/30/1233884367/28680_115755351799268_7140184_n.jpg)
На следующий день 2 декабря 1999 года он ушел из жизни. Но, уходя, оставил мне его молитву, его благословение. Его последними словами были: «Да будут все едино».
Из духовного наследия старца[1]
Важно войти в Церковь, соединиться со своими ближними, с радостями и печалями всех людей. Будем воспринимать их как своих родных, молиться о всех, болеть о спасении их и забывать самих себя. Сделаем для них все, как и Христос для нас. В Церкви мы становимся едино с каждым несчастным, страдающим и грешным.
Никто не должен желать спасения лишь себе, без спасения других людей. Это ошибка – молиться о себе, чтобы спастись самому. Мы должны любить других и молиться, чтобы не погиб никто, чтобы все вошли в Церковь. Когда мы отделяем себя, мы – не христиане.
Для людей Божиих расстояний не существует, пускай это будет даже тысячи километров. Как бы далеко ни находились наши ближние, мы должны поддерживать их. Когда нас соединяет Христос, расстояний нет.
***
Чтобы сохранить единство, мы должны слушаться Церкви, ее епископов. Слушаясь Церкви, мы слушаемся Самого Христа. Христос хочет, чтобы мы стали одним стадом с одним пастырем (Ин.10,16). Будем переживать за Церковь, будем сильно любить ее. Не будем терпеть того, чтобы осуждали ее представителей. На Святой Горе я научился православному духу, глубокому, святому, молчаливому, без раздоров, ссор и осуждения. Не будем верить тем, кто осуждает клириков. Даже если своими глазами увидим, что какой-нибудь клирик делает что-либо предосудительное, не будем этому верить, не будет об этом думать и разносить повсюду. То же и в отношении к мирским членам Церкви, к каждому человеку.
Все мы – Церковь. Когда Церковь осуждают за ошибки ее представителей с той целью, чтобы якобы помочь исправлению, то совершают огромную ошибку. Такие люди не любят Церковь. Не любят, конечно, и Христа. Мы тогда любим Церковь, когда своей молитвой объемлем каждый из ее членов, и делаем то, что делает Христос: жертвуем собою, бодрствуем, делаем все, как и Он, Который, будучи злословим, не злословил взаимно; страдая, не угрожал (1 Петр. 2,23).
***
Превыше всего любовь. Без любви молитва не приносит пользы, совет уязвляет, а указание приносит вред и разрушает другого человека, который чувствует, любим мы его или нет, и реагирует соответствующим образом. Любовь, любовь, любовь! Давайте будем бескорыстно раздавать всем свою любовь, не обращая внимания на их отношение к нам. Когда войдет в нас благодать Божия, тогда мы не будем интересоваться тем, любят нас или нет, хорошо ли с нами разговаривают. Мы будем ощущать необходимость любить всех. Это эгоизм – желать, чтобы другие люди любезно с нами разговаривали. Позволим другим разговаривать с нами так, как они чувствуют. Не будем просить любви. Наше стремление будет направлено на то, чтобы любить их и молиться за них от всей души.
***
Ад – это есть отсутствие любви.
***
Когда кто-то нанесет нам какую-либо обиду каким бы то ни было образом, клеветой, оскорблением, подумаем о том, что он – наш брат, которым овладел враг. Он стал жертвой врага. Поэтому мы должны ему сочувствовать и молиться Богу, чтобы Он помиловал и нас, и его. И Бог поможет обоим. Но если мы разгневаемся на него, тогда враг с него перескачет на нас и будет играть нами двоими. Осуждающий других не любит Христа. Виною тому эгоизм. Отсюда начинается осуждение. Будем всех видеть святыми.
***
Один из видов нашего выказывания себя заключается в том, чтобы требовать от других стать хорошими. В действительности же мы сами желаем стать хорошими, но поскольку не можем, то требуем этого от других и настаиваем на том.
***
Смиренный человек осознает свое внутреннее состояние и, каким бы плохим оно ни было, не теряет своей личности. Он знает, что грешный, и скорбит из-за этого, но не отчаивается, не изнуряет себя. Тот, кто имеет святое смирение, не прекословит, то есть не противодействует. Он соглашается с тем, чтобы его проверили другие люди, делали ему замечания, но не раздражается и не оправдывается, не теряет уравновешенности. С эгоистом происходит обратное. Он чувствует себя ущербным. Сначала он похож на смиренного. Но если его кто-нибудь чуть-чуть заденет, он тут же теряет мир, нервничает и возмущается.
***
Великое искусство – достичь освящение вашей души.
Везде можно стать святым. На вашей работе, какой бы она ни была, можете стать святыми при помощи кротости, терпения и любви. Каждый день полагайте новое начало, новое расположение с воодушевлением, любовью, молитвой и молчанием.
***
Когда у человека есть какая-либо страсть, постараемся изливать на него лучи любви и милосердия, чтобы он вылечился и освободился. Это бывает только по благодати Божией. Подумайте, что он страдает больше вас.
Христианин благороден. Давайте будем предпочитать терпеть обиды, чем обижать. Когда в нас придет добро, любовь, тогда мы забываем о причиненном нам зле. Здесь сокрыта тайна.
В духе Божием все иначе. В нем человек оправдывает все поступки других людей. Все! Христос посылает дождь на праведных и неправедных (Мф. 5,45). Если ты жалуешься на других, то виновником я считаю тебя, даже если ты скажешь мне, что виновен тот или та. В конечном итоге и сам ты в чем-нибудь виновен, и обнаружишь это, когда я скажу тебе. Во всем, что бы ни случилось, укоряйте самих себя. Молитесь со смирением, не оправдывайтесь. Видите, например, соперничество и вражду с другой стороны? Помолитесь с любовью, чтобы ответить любовью на соперничество и вражду. Слышите клевету на себя? Молитесь. Смотрите, потому что и молва роптаний не крыется (Прем. 1,10). Малейший ропот на ближнего влияет на душу, и вы не можете молиться. Дух Святой, находя душу такой, не дерзает приблизиться.
***
Знай вот еще что. Страдающие души, скорбящие, которые мучаются от страстей, удостаиваются великой любви и благодати Божией. Такие люди становятся святыми, а мы часто их осуждаем. Вспомните апостола Павла, что он говорит: А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать (Рим. 5, 20). Когда будете помнить это, тогда будете ощущать, что они достойнее и вас, и меня. Мы видим их немощными, но когда они откроются Богу, то станут все полны любви и Божественной ревности. Хотя они привыкли к другому, но потом они всю силу души отдают Христу и от любви Христовой становятся огнем. Так происходит чудо Божие в таких душах, которые мы называем пропащими.
***
Что я вам говорил о соловье? Он поет, а его никто не видит. Такими и будьте, бескорыстными. Предайте себя на служение Богу тайно.
Молитесь о Церкви, о мире, о всех. Все христианство – в молитве. Если вы молитесь только о самих себе, то это скрывает корысть. Но когда вы молитесь о Церкви, то и вы – внутри Церкви.
***
Ключ к духовной жизни – молитва. Молитве никто не может научить, ни книги, ни старец, никто. Единственным учителем является Божественная благодать. Если я расскажу вам, что мед сладок, что он текуч, он такой-то и такой-то, то вы не поймете, пока не вкусите его. То же самое и в молитве.
***
Грех запутывает душу человека. Путаницу эту не изгнать ничем. Только свет Христов ее распутывает.
Душа, чтобы покаяться, должна проснуться. При этом пробуждении, происходит таинство покаяния. И в этом – произволение человека. Но пробуждение зависит не только от человека. Сам человек не может. Вмешивается Бог.
***
В глазах Божиих женатый человек ничем не отличается от неженатого, лишь бы оба жили по заповедям Божиим, жили бы жизнью по Богу. Девство, нестяжательство, нищета – это добродетели монаха, они находятся в сердце человека. Можно быть по телу девственником, а в душе подобным распутнице, растленной злом и страстями. Можно владеть многоэтажными домами, а в душе быть свободным от вещей и жить как нестяжатель. А можно быть бедным, а в душе быть стяжателем. Не количество земных благ делает человека стяжателем или нестяжателем, а сердечная привязанность.
***
Матери умеют переживать, советовать, многословить, но не умеют молиться. Многие советы и указания приносят вред. Детям не нужно много слов. Слова ударяют в уши, а молитва идет в сердце. Требуется молитва с верю, без стрессов, но и с хорошим примером.
***
Родителям недостаточно быть просто благочестивыми. Нужно еще не принуждать детей, пытаясь через давление сделать их хорошими. Можно отогнать своих детей от Христа, если эгоистично следовать религиозным принципам. Дети не любят давления. Не принуждайте их ходить в церковь. Можно говорить так: «Кто хочет, может пойти со мной сейчас или прийти позже». Дайте Богу возможность говорить с их душами.
Все бывает от молитвы, молчания и любви. Вы поняли плоды молитвы? Любовь в молитве, любовь во Христе. Она приносит подлинную пользу. Чем больше будете любить детей человеческой любовью, которая часто носит страстный характер, тем больше они будут запутываться. Но когда любовь между вами и ваша любовь к детям будет христианской и святой, тогда у вас не будет никаких проблем. Святость родителей спасает детей.
***
Любовь да будет лишь во Христе. Чтобы принести пользу другим, нужно жить в любви Божией, иначе ближнему не можешь помочь. Нельзя насиловать другого человека. Настанет его час, придет тот момент, нужно лишь молиться за него. Молчанием, терпением и прежде всего молитвой мы таинственно приносим пользу другим людям.
***
В беседах не многословьте о религии и тогда победите. Позвольте человеку, у которого другое мнение, изливаться, говорить, говорить… Пусть он почувствует, что встретился со спокойным человеком. Воздействуйте на него своей доброжелательностью и молитвой, а потом скажите немного слов. Вы не достигнете ничего, если будете говорить резко, если, к примеру, скажете: «Ты говоришь ложь!» И что из этого выйдет? Вы – как овцы посреди волков (Мф. 10,16). Что вам делать? Внешне будьте невозмутимы, а внутренне молитесь. Будьте готовыми, будьте образованными, имейте дерзновение, но со святостью, кротостью и молитвой. Но чтобы поступать так, вы должны быть святыми.
***
Вот где христианство: через любовь к брату, достичь любви к Богу.
***
Каждый ближний наш, каждый окружающий – это плоть от плоти нашей (Быт. 2,23). Разве я могу быть равнодушным к нему, могу ли я его огорчать, ненавидеть? Это самая величайшая тайна нашей Церкви. Станем все едиными в Боге. Если мы будем поступать так, то станем Его близкими. Лучше этого единства нет ничего. Вот где Церковь. Вот где православие. Вот где рай.
Фотографии – Н.Амелиной, из архива храма мц.Татианы и открытых Интернет-источников.
[1] По книге: Старец Порфирий Кавсокаливит. Житие и слова. Малоярославец: Издание Свято-Никольского Черноостровского женского монастыря. 2008. Перевод с новогреческого диакона Василия Петрова.