Соловки XXI столетия: святыня и/или культурно-мемориальный комплекс?
Круглый стол по замыслу не предполагал дискуссии, но противостояние различных подходов было явным.
Председатель Комитета Государственной Думы РФ по делам общественных объединений и религиозных организаций Сергей Попов напомнил о проблемах минувшего десятилетия, которые в основном начали разрешаться, но отметил, что продолжение развития поставило перед нами новые проблемы и задачи. Депутат Госдумы призвал готовить комплекс предложений, который можно было бы представить и Святейшему Патриарху, и Правительству. «Считать, что кто-то сделает это за нас – наивно», —подчеркивает Сергей Попов. По его словам, «сегодня никто не сможет доказать, что какая-то идея является самой идеальной, единственной и неповторимой. Нужно сформировать банк таких идей и предложений, а уже дальше экспертировать их и определяться, какая из них наиболее перспективна». Каждую идею нужно рассматривать комплексно: юридически, финансово, экономически. Вопросов много: от имущественных до религиозных. Нужно «общественное проектное бюро» или «общественный совет», поскольку сторонним «профессионалам за деньги» заказать проект развития национальной святыни невозможно.
![]() |
Дмитрий Сладков и Сергей Попов |
Сложились ли озвученные далее на круглом столе идеи в «банк», говорить пока рано, но выступления часто имели полемический характер.
![]() |
Вячеслав Столяров |
Вице-президент Фонда полярных исследований Вячеслав Столяров напомнил о том, рекламные проспекты сейчас называют Соловки «жемчужиной Беломорья» и привлекают тысячи туристов, которые «даже проникаются даже чем-то вроде изумления» при виде циклопической кладки и северной природы. В 1987 году Советом Министров СССР было принято Постановление о социально-экономическом развитии… и использовании памятников истории и культуры Соловецкого архипелага, а сегодня активно разрабатываются программы формирования Соловков будущего. Вячеслав Столяров призывает учесть уроки прошлых лет в сегодняшнем проектировании. В 1988 году в Соловки в течение четырех лет было вложено несколько сотен миллионов рублей, а результатом явилось множество недостроенных объектов. Деньги были израсходованы, а громадная база Коопторга, очистные сооружения, спортивный зал средней школы начаты и недоделаны, стоят заброшенными. В 2002-2003 году с разрушением ландшафта Филипповой пустыни прошло расширение взлетно-посадочной полосы аэропорта Соловецкий. «Кто-нибудь спрашивал о том, нужно ли это Соловкам? Нет, никто не спрашивал, — уверен Вячеслав Столяров. — Получается, что Соловецкий монастырь и все памятники остаются просто довеском к аэропорту». Сделан новый причал на месте разрушенного монастырского причала XIX века – памятника архитектуры. Монастырь становится ресурсом-приложением к туризму, предупреждает Столяров. Начали строить резиденцию губернатора Архангельской области – три губернатора сменилось, проект не закончен, но возмущает сам факт, что в зоне исторического ландшафта возникают коттеджи, и проектирование ведется без консультаций со специалистами. «Сейчас речь идет об освоении новых сотен миллионов рублей, в Соловки вложены слишком большие ресурсы – и мы можем очень быстро совсем потерять Соловки», — бьет тревогу Столяров. «Сейчас к процессу подключилась Московская Патриархия, и есть надежда, что она остановит это движение, сметающее память с лица земли», — надеется докладчик на сотрудничество Церкви и государства.
Директор Государственного музея истории ГУЛАГа Антон Антонов-Овсеенко надеется, что музей истории ГУЛАГа сыграет не последнюю роль в сохранении памяти о трагедии Соловков. Уже несколько лет стоит вопрос о выделении помещения на Петровке для организации постоянной экспозиции истории геноцида Русской Православной Церкви. «Бесконечные тысячи уничтоженных священнослужителей достойны памяти».
Среди лагерей, которые я проходил, — вспоминает Антонов-Овсеенко, — мне пришлось побывать на ЦПП (центральный пересыльный пункт) на Печоре, и на моих глазах туда пришел большой этап с крупными ворами в законе, как они себя именуют, и они рассказывали, как шли по этапу со священнослужителями из разных районов России и как ограбили их полностью, сказав, что их готовят к переводу в штабную колонну с хорошими условиями». Один из воров, демонстрируя свою «интеллигентность», поспособствовал тому, чтобы священников обобрали. «Но это мелочь в сравнении с гибелью этих людей. Я заявляю со всей ответственностью, что сколько бы мне ни приходилось бывать на Печерском лагере, в Воркутинских лагерях и в других, я не встречал не только людей, освященных священным саном, я даже не слышал ни об одном из них ни в одной зоне, ни в одной колонне. Они все исчезли». Антонов-Овсеенко перечислил лагеря, в которых провел тринадцать лет, и в которых уже не успел застать священников. «Это кощунство не должно быть забыто и не должно быть замолчано». Даже мест захоронения просто нет. К просветительской работе, по убеждению директора Музея ГУЛАГа, должна подключиться Москва, а Соловки должны сыграть в ней ключевую роль. Разумные законопроекты при желании не так долго проходят подготовительные этапы в Госдуме. «Я думаю, что противники в Госдуме такому проекту вряд ли найдутся. Мало убрать партбилеты в стол и повесить крестики на шею. Если уж нынешние руководители высшего и среднего уровня признают православие, надо это воплотить в конкретные дела», — призывает законотворцев Антонов-Овсеенко. По его мнению, то, что принадлежало Церкви, должно быть ей возвращено. То, что делают нынешние руководители Соловецкого мемориала, он считает продолжением кощунства: «Они устраивают увеселительные прогулки, игнорируя нас, пострадавших в Гулаге».
Член общественного совета при Минюсте РФ Дмитрий Сладков напомнил об инициативе Святейшего Патриарха Кирилла, озвученной во время его визита на Соловки летом 2009 года, учредить на Соловках церковно-научный центр по изучению подвига новомучеников и исповедников Российских. «Крайне важно от этой идеи перейти к конкретным шагам по ее воплощению», — напомнил Сладков.
Внук отца Павла Флоренского профессор РГУ нефти и газа имени И.М. Губкина Павел Флоренский подчеркнул: «Соловки – это не место страданий и жестокости, а место великого религиозноного и национального подвига. В корне перенесем акценты. Это великое святое место для русского народа и для всего мира». На неправду Соловки, по убеждению Павла Флоренского, всегда отвечали адекватно: например, на революционный грабеж ответили пожаром. «Соловки – не такое место, чтобы там были случайности».
![]() |
Павел Флоренский |
В команде академика Дмитрия Лихачева Павел Флоренский участвовал в борьбе за выделение денег на сохранение Соловков. Деньги выделялись. Но первым делом были построены коттеджи на месте расстрелов. Для тяжелой техники «отгрохали бетонку вокруг Святого Озера – на ней можно проводить танковые маневры, но она начинается в болоте и кончается в болоте, и это символ всего происходящего на Соловках при дурных деньгах».
Сейчас речь идет о передаче имущества Церкви. Павел Флоренский уверен, что передается втрое больше земель, чем владела Церковь до революции. При этом он опасается, что по новому варианту закона земля будет передаваться не Церкви, а отдельному храму, а это будет «великолепный путь для ересей: если кто уходит в раскол от своего архиерея – будет уходить вместе с землей». Впрочем, руководитель «Ассоциации православных экспертов» Кирилл Фролов заверил, что церковные здания и земля передается Московскому Патриархату, а не той или иной общине.
Кирилл Фролов также призвал сделать Соловки «таким местом, где не сможет не побывать каждый гражданин России. Это ни в коем случае не курорт, не должно быть никаких коттеджей, но и не закрытая зона, известная и доступная только избранным». Кирилл Фролов также напомнил о благословении Патриарха основать на базе монастыря богословский институт, где учащиеся воспитывались бы на подвиге новомучеников и исповедников.
Ответственный секретарь Оптинского форума Вячеслав Леонтьев сравнил Соловки с Освенцимом и предложил присвоить им особый статус «места почитания страданий».
До расстрела в 1993 году Парламента профессор Расторгуев разрабатывал закон о святынях – его не успели принять. «Думается, нужно принять закон, который бы комплексно рассматривал понятие святыни как объекта, значимого и для государства, и, с другой стороны, для Церкви и культуры».
Впрочем, другие участники круглого стола усомнились в возможности сопоставлять Соловки с Освенцимом.
Директор проектов Фонда развития международных связей «Добрососедство» Юрий Московский предложил нужные недостроенные объекты завершить, а тех, кто растратил выделенные ранее средства, найти и посадить.
Начальник департамента стратегического развития Всероссийского выставочного центра Максим Комаров полгода включился в аудит того, что происходит на Соловках. По его мнению, гуманитарные проекты государство сегодня делать еще не умеет. Поэтому «начать нужно с того, чтобы поговорить о методологии деятельности государственного и церковного формата». Русская Православная Церковь, считаем Максим Комаров, должна стать субъектом этого проекта.
Ответственный редактор «Журнала Московской Патриархии» Сергей Чапнин отметил, что сегодня мы живем в сложное время, когда начинается оправдание советского периода истории России, и в этой ситуации мемориалы жертв политических репрессий могут повлиять на самосознание народа. «Нам необходима часовня или крест на Лубянской площади. Чтобы память хранилась достойно, чтобы жизнь торжествовала над смертью, ставились поклонные кресты. Это должен быть новый выдающийся мемориал», — озвучил инициативу Сергей Чапнин. Это не должен быть маленький крест: архитектурная форма мемориала должна быть убедительна сегодня в центре Москвы.
Главный редактор молодежного православного журнала «Наследник» протоиерей Максим Первозванский считает, что Соловки обладают колоссальным потенциалом несловесного влияния на человека. Многие обретали веру, приехав на архипелаг. «Церковно-общественные проекты могут повлиять на самосознание народа, даже не сделав людей прихожанами храмов: люди могут понять, что у них есть будущее, есть национальная идея, что им есть ради чего жить и за что умирать», — сказал священник.
Подводя итоги дискуссии, Дмитрий Сладков сказал, что Святейший Патриарх дал существенные ориентиры развития Соловков, но ни через Синодальные структуры, ни через государственные структуры эти инициативы пока не реализовались. «Инструмент нужно еще «заточить» под поставленные задачи. Осмысленное движение может начаться только в общественном или церковно-общественном регистре. Для этого нам нужна дискуссионная и проектная площадка», — подытожил он.