Отдых с пользой для души
– Александра, история детского лагеря пока еще совсем небольшая, тем не менее, интересно узнать, как родилась идея его создания, кто помогал и продолжает помогать Вам в ее реализации и – самое главное – какую цель преследует Ваш проект?
– Началось всё с того, что в течение нескольких лет я была прихожанкой московского Сретенского монастыря. Там есть группа молодежи, которая регулярно вот уже пять лет ездит в школу-интернат г. Михайлов Рязанской области. Это во время учебного года. А в первый для нас, 2007, год мы просто вынуждены были сделать для интернатовских детей лагерь. Тогда еще там учились сироты, в большинстве своем социальные, родители которых лишены родительских прав, сейчас законодательство изменилось, и всех детей этой категории сразу переводят в соответствующие учреждения. А тогда в интернате был ремонт, жить было невозможно, в государственном лагере, где дети проводили все лето, была пересменка, и что-то надо было делать… Сначала нас попросили быть вожатыми для «наших» детей в большом православном лагере, но потом обстоятельства изменились, и мы остались сами по себе. Техническую часть, доставку продуктов решала администрация интерната, все остальное было на нас.
- У вас уже был какой-то опыт работы в лагере?
- Никакого опыта, только небольшие вожатские курсы, зато 12 детей – все сплошь трудные подростки. Смена у нас была длинная, 3,5 недели, и то, что мы выдержали – это несомненное чудо. Конечно, они нам сорвали весь план смены, было много сюрпризов и приключений. Сейчас все это очень мило вспоминать, можно этим очень долго заниматься.
До этого я никогда не интересовалась лагерями, а тут пришлось разбираться в этом вопросе, и меня начало затягивать. Тогда были, конечно, очень наивные взгляды на лагерь, на его составляющие, на программу. И, главное, тогда казалось, что лагерь – это в основном программа. По смыслу так и есть, но только по времени и силам директору приходится решать совсем другие вопросы: туалеты, оборудование мест для купания, настилы под палатки, дрова, полевая печка, реклама… что угодно, только не педагогика. Хотя, конечно, принципиальные решения я принимаю вместе с моей заместительницей по педагогическим вопросам, но все же воспитанием детей заведует она. У меня для этого просто времени нет, правда, план-сетку смены по традиции составляю я… и даже иногда могу какое-нибудь творческое занятие для детей провести.
После того 2007 года было участие в смене лагеря «Богослово-3», куда нам за наше в ней участие разрешили взять бесплатно пятерых детей из интерната. Я очень благодарна директору этого лагеря, Виктору Евгеньевичу Розанову, мы многое наследуем от его лагеря, но влиться как-то не удалось, не захотелось, было внутреннее желание делать что-то самостоятельно. Кроме того, стало ясно, что везти детей из Рязанской области в Ярославскую, где лагерь «Богослово», слишком тяжело.
Кстати, именно Виктор Евгеньевич посоветовал нам место в Рязанской области – Старую Рязань. Это село на краю древнего городища, Рязани, разгромленной татаро-монголами. По этой земле ходили святитель Василий Рязанский, который приплыл сюда на собственной мантии из Мурома, и святой благоверный князь Роман Рязанский. Святитель Василий теперь уже навсегда стал покровителем нашего лагеря. В Старой Рязани безумно красиво, и там мы провели два сезона: в 2009 обживали место взрослым составом, а в 2010 провели смену для детей. Это было трудное лето, помните, горели торфяники, была страшная жара, по просьбе местной администрации нам пришлось эвакуировать детей через неделю, хотя в Москве дым был еще хуже. Тем не менее, все дети остались довольны, даже самые трудные. Говорят, невозможно, чтобы лагерь понравился всем, но Господь нам сделал такой подарок.
В самом начале 2011 года, зимой, мы провели Рождественскую смену в Тульской области, конечно, не палаточную, а стационарную. Зимой все по-другому, другая специфика, другие возможности, инструменты и приемы. Зимняя смена очень короткая, развитие ее стремительное, только приехали, адаптировались, глядишь, тут уже и Рождество, и уезжать пора. Но что удивительно, за эти 5 дней мы успели полюбить детей, а дети – нас. И это было чудо. Обыкновенное чудо. Было очень напряженно, очень тяжело, мы устали, но это было счастье. Дети были довольны, а нам не хотелось расставаться, мы еще встречались в Москве педагогическим составом, смотрели кино, праздновали радость, все время смеялись.
С этого времени лагерь уже обрел название «Мой лагерь» (о названии читайте на сайте лагеря) и принадлежит к нашему приходу. И, надо сказать, очень чувствуется, что мы теперь не номинально принадлежим какому-то приходу, как раньше, мы не вольный проект, а свой, приходской. Особенно ощущается сугубая молитва за нас нашего настоятеля. И это не просто красивые слова, это реальность.
Мы будем стоять своим лагерем на территории храма, совсем недалеко от него самого, тут же дом, где живет батюшка, есть большой деревянный навес над трапезной, большая полевая печка, проведена вода, есть душ… воду можно пить прямо из-под крана, потому что установлены хорошие фильтры.
- Вам кто-то помогает?
- То, что сейчас стало называться «Моим лагерем», мы начали делать в 2009 вместе с Катей Голубевой (Коренюк), стараемся трудиться в тандеме. Она и педагог, и психолог, 8 лет подряд ездила в лагерь «Звезда Вифлеема» вожатой, а теперь ей хочется делиться опытом и выстраивать что-то свое. Мы неплохо находим общий язык, советуемся, и обычно споров у нас не возникает. Еще мне очень многие помогали на протяжение этих лет, и я всем благодарна. Некоторые люди приходили в проект, а потом уходили, но я знаю, что если бы тогда не было их участия и их поддержки, то сейчас бы не было лагеря. Много помощи было со стороны: часть инвентаря мы одалживали у воскресной школы Сретенского монастыря, помогали местные жители, например, совершенно неожиданно, директор ресторана «Ока» в Спасске-Рязанском, зимнюю смену мы делали под покровительством директора лагеря «Ратная застава» Константина Сергеевича Поварова… всех сейчас очень долго перечислять. Но всем огромное спасибо!
Что касается целей – это, прежде всего, адаптация ребенка к взрослой жизни, мы пытаемся помочь ребенку осознать себя, научится самостоятельно строить позитивные отношения с другими ребятами, ведь не секрет, что сейчас «лучшие друзья» детей – это телевизор и компьютер. Мы хотим, чтобы наши дети получили хотя бы небольшой опыт самостоятельной жизни в Церкви, чтобы пошли на службу сами со своими друзьями, а не с мамой, потому что так заведено. Хотя и у нас воскресную Литургию пропускать нельзя. Еще для нас важно, чтобы ребенок учился самообслуживанию, радостному труду на послушаниях – обязательно вместе с нашими вожатыми и другими педагогами. И еще для нас важно, чтобы ребенок занялся тем творчеством, которым некогда заниматься в течение учебного года, когда много уроков, репетиторы, всякие там музыкальные и художественные школы… Все это очень хорошо, но иногда надо отвлечься, переключиться: тому, кто много рисует – попеть, тому, кто весь год поет – порисовать, и всем им – побегать по траве, погонять мячик, пособирать цветы.
– Наверняка пришлось столкнуться и с трудностями?
– Трудностей всегда много. Очень много. И особенно сейчас пришло осознание, что преодоление их – это чудо, на которое я лично не способна. Найти подходящее место под лагерь, а ведь в нем должны сойтись довольно много составляющих, – это чудо. Чтобы был хороший батюшка, который и к детям добр, и к нам, где нужно, снисходителен, и чтобы с ним можно было решать рабочие, деловые вопросы – это крайне сложно. Найти вожатых, чтобы все смогли поехать, захотели, проявили инициативу, творчество, упорство в подготовке смены и в ее проведении, чтобы медсестра смогла взять отпуск на время нашего лагеря… Господь помогает, Он творит эти чудеса для нас и для наших детей. Увы, одна из самых банальных проблем – человеческая безответственность, когда люди обещают, много-много говорят, а потом не делают, многие пропадают навсегда, а жаль…
– В чем заключается основное отличие вашего православного лагеря от подобных ему светских? И в чем состоят его главные преимущества?
Практически весь педагогический состав лагеря – глубоко воцерковленные люди, у нас много певчих, а в этом году будут среди нас и будущие батюшки – студенты Московских духовных школ. Поэтому дух лагеря – православный, отношения между собой, т. е. между взрослыми, мы стараемся строить исходя из православного мировоззрения, сообразуясь с христианской совестью, так же формируется и наша реакция на поведение ребенка, на его проблемы, на события внутри отряда и т. д. Конечно, в течение смены мы найдем возможность поговорить с детьми и о молитве, и об исповеди, и о причастии, и о тех святых, чьи памяти будут праздноваться в дни смены. Мы постараемся говорить с детьми о Боге и Церкви не слишком много, чтобы им эти разговоры не надоели, но и не слишком мало.
Еще важно, что у детей будет возможность непосредственного общения с батюшкой, он будет приходить к нам и для того, чтобы провести большие общие беседы, и просто так. Ведь многие дети видят священнослужителей только в полном облачении в алтаре или на амвоне, а личного опыта общения нет, в то время как он очень важен, кстати, не только детям, но и нам, взрослым.
– Проблема перепрофилирования детских оздоровительных учреждений по-прежнему стоит довольно остро. Лагеря закрываются, а потребность отправить ребенка летом на свежий воздух никуда не исчезает. В связи с этим возникает вопрос: какие требования вы предъявляете к ребенку, который стремится к вам попасть?
– Самое главное, это конечно личное желание поехать в лагерь. Если ребенок сам не хочет участвовать в этом маленьком путешествии, мы вряд ли сможем осчастливить его насильно. Хотя был случай, когда ребенок пришел на собеседование со словами: «Мама, я в лагерь не поеду!», но поехал, и остался доволен, хотя это был непростой ребенок, и нам пришлось с ним несладко.
Еще есть классические требования, которые присутствуют во многих православных лагерях: не пить (воду и компот можно), не курить (ничего), плохих слов не говорить (имеется в виду мат), за ручку не ходить (тем более не обниматься и не целоваться) и непрочь помолиться (на молитве и на службе присутствуют все дети лагеря). Еще, конечно, надо довольно пристойно одеваться: юбка и шорты не выше колена, никаких торчащих животов и спин, никаких тонких бретелек. Девочки могут носить брюки или шорты, но на службу надо надеть платок и юбку. Мне кажется, все это не сложно, и уж точно опыт показывает, что ни одно из этих правил не мешает детям расслабиться и как следует отдохнуть, провести время творчески и радостно.
– Но ведь не могут все без исключения дети быть покладистыми, даже если они растут в верующей семье. Наверное, приходится Вам общаться и с «трудными» подростками?
– У всех «трудных» проявлений детского характера есть свои причины и свои корни. Насколько это возможно, мы стараемся скорректировать поведение ребенка, дать ему непривычный позитивный опыт, ведь не секрет, что многие дети ведут себя вызывающе только потому, что они подсознательно нащупали возможность привлечь к себе внимание, которого им не хватает, а потом такое поведение входит в привычку. Так что внимание и правильное обращение с ребенком могут облегчить не только жизнь вожатого в смене, но и жизнь ребенка после смены.
– Александра, расскажите, пожалуйста, как организована работа лагеря? Материально-техническая база, инфраструктура – эти вопросы будут волновать любого родителя, который придёт к вам.
– Лагерь у нас палаточный, и это принципиальное решение, потому что в таких условиях больше доля самостоятельности детей и самообслуживания. Много детей мы стараемся в смену не набирать, наш максимум – 30-40 человек, но мы его еще не достигли ни разу. В летнюю смену мы набираем детей от 9 до 16 лет, в зимнюю – она, конечно, не палаточная, а стационарная – от 7 лет.
Летняя смена длится 2 недели, за это время мы успеваем съездить на экскурсию, сходить в поход, поучаствовать в творческих мастерских, в больших и маленьких театрализованных представлениях, сделать что-нибудь полезное на послушаниях, поиграть… Программа очень насыщенная и очень творческая. Мы долго готовим ее, разрабатываем мероприятия, и детям обычно нравится то, что у нас получается в смене.
Особое внимание мы уделяем безопасности: с нами всегда едет медицинский работник, веселое купание очень внимательно контролируется вожатыми, дети никуда не могут уходить с территории лагеря без взрослых, на всякий случай телефоны всех экстренных служб у нас всегда под рукой.
– Насколько я понял, спонсоров у вас нет. По крайней мере, на данный момент...
– Да, лагерь существует исключительно за счет путевок, оплаченных родителями. Мы практически не закладываем денег на развитие – все экономим, хотим, чтобы лагерь был доступным. А еще я хочу, чтобы вожатых, кружководов, игроведов и других творчески настроенных взрослых было много, чтобы у них хватало сил и задора и они не были после смены измучены и обессилены. Поэтому мои вожатые пока еще ни разу не получали зарплату. Но к этому я все же хочу прийти. Зимой вожатые вообще делали небольшой взнос, считайте, оплачивали свое питание. А еще у нас есть не очень хорошая традиция уходить в минус… Но чтобы было, куда уходить, Господь посылает основную работу, на которой платят зарплату.
Если же говорить о спонсорах, я бы приветствовала их целевые взносы на определенные траты: на новые палатки, на оплату автобуса, на скидки многодетным, на спортинвентарь… Конечно, я бы предоставила финансовый отчет со всеми чеками и т.д. Но пока спонсорами выступают те же вожатые: прошлым летом одна из них оплатила экскурсию для всего лагеря из своего кошелька и сказала, что это ее подарок мне на день рождения: в прошлом году было очень много трат и очень мало денег, я была очень тронута.
А еще у «Моего лагеря» есть сайт, и я хочу пригласить заинтересовавшихся родителей зайти на него, а потом, возможно, и на собеседование вместе с ребенком! Сайт лагеря camp.ortox.ru.