Вечер Великой пятницы: Снятие с креста и погребение
Только иногда, в торжественные дни рождения императоров или накануне
их, бывали отступления от этого обыкновения, и распятые предавались
погребению.
Иудейский закон относился к этому иначе. Желая сделать казнь преступника особенно позорною, иудеи иногда труп казненного вешали на древе, но при этом никогда не оставляли его здесь на ночь. Это значило бы, по слову самого Бога, осквернить землю, данную народу-избраннику в наследие. Так бывало в период лучшей жизни иудейского народа. Но и теперь, когда право смертной казни было отнято у него римлянами, которые стали часто практиковать в чужой стране свою крестную казнь, Израиль не мог совершенно забыть это постановление Иеговы и равнодушно относиться к пригвожденным на несчастном древе, по законам римским. По крайней мере, для него было бы величайшим оскорблением оставить таких в их позорном положении на месте казни на ночь против субботы или дня праздничного. Суббота же, накануне которой был распят Господь Иисус Христос, к тому еще была день великий и особенно торжественный, так как совпадала с праздником Пасхи.
Понятна после этого просьба иудеев пред Пилатом о дозволении снять распятых с крестов. Но чтобы можно было сделать это, прежде необходимо было умертвить их, поэтому иудеи предлагают перебить им голени. Получив приказ от Пилата, воины каждому из разбойников не только перебили голени, но и нанесли удар копьем, после которого смерть уже была несомненна. Умертвив обоих разбойников, воины подходят к кресту Господа; но в этом теле со склонившеюся на грудь головою они не видят признаков жизни и потому считают себя вправе не перебивать голеней уже умершему. Чтобы не оставалось никакого сомнения относительно Его смерти, с целью угасить и последнюю искру жизни, если бы такая почему-нибудь еще сохранилась в Его сердце, один из воинов лезвием своего копья ударил в бок Распятого. Желая нанести удар смертельный, воин должен был выбрать левую сторону груди как вместилище сердца; эта же сторона в данном случае была и более удобною для удара. Из пробитой груди Иисуса Христа «истекла кровь и вода».
Для нас, как и для каждого, как и для воина, своим действием исполнившего пророчество Захарии, должно быть ясно одно: в этот момент на холме голгофском, на кресте, оставалось только одно тело умершего за весь мир Единородного Сына Божия.
Между тем, солнце уже стояло на окраине небосклона и наступило то время, между тремя и шестью часами по нашему счислению, которое иудеи называли «вечер». Если, уважая святость быстро приближавшейся великой субботы, иудеи не желали оставить распятых на крестах, то им нужно было торопиться. Поэтому как только были перебиты голени двум разбойникам и не оставалось сомнения в их смерти, тела их поспешно были сняты с крестов.
Может быть, те же грубые руки солдат, которые несколько часов назад веревками поднимали эти тела на крест, теперь также грубо и быстро сорвали их и бросили на землю. Затем, если нашлись добрые и набожные люди среди иудеев, они наскоро похоронили эти тела в особых гробницах, специально назначенных для погребения казненных. Если же способных на такой подвиг не оказалось, те же солдаты быстро отнесли их в какую-нибудь местную пещеру и оставили там в добычу гиенам и шакалам. Но умершему на кресте рядом со злодеями Провидение определило быть погребенным у богатого.
В числе людей, расположенных к Господу Иисусу Христу и стоявших на Голгофе в некотором отдалении от креста, вероятно, был и Иосиф из Аримафеи. Богатый человек и видный член синедриона, он был тайным учеником божественного Учителя. Будучи не в силах помешать беззаконному ночному судопроизводству, Иосиф сделал только одно - уклонился от участия в этом нечестивом «совете и деле». Теперь же, забыв прежние страх и осторожность, он отправляется к Пилату и просит правителя отдать ему тело Иисуса Христа. Вероятно, еще очень недавно ушли от прокуратора просившие о дозволении перебить голени распятым; во всяком случае, после того прошло так мало времени, что Пилат, выслушав новую просьбу, был очень удивлен такою необычайно скорою смертью главного из осужденных. Тем не менее, имея на этот счет определенные предписания закона и справившись у сотника о смерти Иисуса Христа, он отдал тело в полное распоряжение Иосифа. Тогда последний, не теряя ни минуты, спешит назад к Голгофе и по дороге покупает плащаницу т, необходимейшую вещь при погребении.
Быть может, еще в минуты страданий Спасителя на кресте в голове Иосифа родилась мысль предать погребению тело божественного Учителя в своей собственной гробнице. Мы не знаем, чем именно руководился тайный ученик Иисуса Христа, выбрав место для этой гробницы вблизи позорного и страшного лобного места. Тот новый гроб, который высек Иосиф в скале, находился очень недалеко от места казни Спасителя. Здесь еще никто не был положен; гробница, вероятно, даже не была еще окончена и представляла только одну камеру, когда единственное простое ложе у ее стены должно было послужить временною усыпальницею для краткого смертного покоя Господа Иисуса Христа.
С длинным куском тонкого полотна в руках, спешит Иосиф от Пилата к Голгофе. Между тем, последняя за это время совершенно изменила свой вид. Не видно стражи, которая, исполнив приказ Пилата, считала свое дело оконченным. Рассеялась и многочисленная толпа, еще недавно теснившаяся здесь. Чудесные события, сопровождавшие смерть Богочеловека, заставили этих легкомысленных людей инстинктивно почувствовать нечто великое и необычайное и, «бия себя в грудь», разойтись по домам. Умолк и голос вожаков толпы, которым теперь оставалось лишь торжествовать успех своего дела. Тихо на Голгофе. Лишь несколько взоров с мольбою покоятся на Умершем и несколько сердец бьются быстрее обыкновенного, с нетерпением ожидая возвращения Иосифа. Здесь стоят Мария Магдалина, Мария, мать Иакова меньшого и Иосии, может быть, еще некоторые из преданных Спасителю галилейских женщин. Здесь же, вероятно, стоят в ожидании и ученик, которого так любил Умерший, и святая Матерь, оставленная Сыном на попечение этого ученика. Здесь же, наконец, и другой тайный ученик Господа, приходивший к Нему для ночной беседы Никодим. С радостью выслушав добрую весть от возвратившегося Иосифа, поспешно приступают они к отданию последнего долга на земле Умершему.
Не грубые руки палачей-солдат, а любящая рука Иосифа снимает тело с креста. Новая высеченная в скале гробница была окружена тенистым садом, и последний находился так недалеко от Голгофы, что евангелист Иоанн прямо помещает его там, где был распят Иисус Христос. Такая близость места, гораздо более удобного для совершения необходимых приготовлений к погребению, чем открытая вершина Голгофы, вероятно, побудила тотчас же, после снятия с креста, перенести тело Господа в сад Иосифа. И вот здесь, омыв запекшиеся кровью раны, завертывают Его в чистую плащаницу, а царственную главу в особый плат, обильно пересыпая погребальные пелены 100 литрами принесенных Никодимом смирны и алоя. После этого, молчаливые и погруженные в глубокую скорбь, Иосиф и Никодим тихо поднимают святое тело и, войдя в гробницу, бережно кладут его на единственное высеченное здесь ложе. Отдав таким образом последнюю земную дань Умершему, совместными усилиями они подкатывают большой камень, и закрывают им вход в гробничную камеру. Быстро надвигающиеся сумерки, которыми уже начинался праздничный день, заставляют очень торопиться с погребением. Тем не менее, считая обряд неоконченным, присутствовавшие здесь женщины, возвратясь домой, приготовляют еще «благовония и масти» с целью помазать ими тело, как только пройдет суббота. Но их забота была напрасна и их благовониям не пришлось уже коснуться пречистого тела Господа Иисуса Христа.
Это событие составляет последнее, конечное звено в истории страданий Господа Иисуса Христа. Еще несколько часов после него, и те, которым Провидение судило быть первыми последователями божественного Учителя, уже с радостью и страхом передавали друг другу весть о Его воскресении.
Составлено по: Николай Маккавейский, «Археология истории страданий Господа Иисуса Христа».