«Белый тигр» Карена Шахназарова: попытка притчи?
Фильм о поединке солдата с танком (именно так чаще всего описывают «Белого тигра») — первая картина Карена Шахназарова о войне. Однако «о войне» — это слишком общее определение. Режиссер, создавший «Курьера» и «Зимний вечер в Гаграх», «Город Зеро» и «Палату № 6», попытался снять батальное полотно с элементами мистики. Или даже так — замахнулся на философскую притчу.
Действие фильма разворачивается в реалиях Великой Отечественной войны, во время масштабного наступления советских войск, в 1944 году. Танкист Иван Найденов (его роль сыграл молодой актер Алексей Вертков) «сгорает» во время боя с таинственным фашистским танком «Белый тигр», который подбивает все советские машины, загадочно появляясь из ниоткуда и исчезая в никуда. Найденов сгорает, впрочем, не метафорически, а буквально, выживает только чудом. После своеобразного второго рождения целью его жизни становится найти и поджечь «Белый тигр».
Кадр из фильма
Три четверти фильма зритель наблюдает за танковыми боями и зарисовками из военной жизни. В последней части, когда Берлин пал, волей режиссера переносится в зал для подписания капитуляции, потом — в комнату, где ужинает фельдмаршал Кейтель, а затем в некое пространство, где Гитлер произносит монолог о природе войны. Другими словами, Карен Шахназаров ведет повествование в нескольких пластах, стремясь объять разные аспекты проблемы, которую поднимает.
Режиссер «Белого тигра» размышляет о природе войны. Об этом он говорил и до премьеры фильма, и во время встречи в РИАНе:
— Вопрос о природе войны важен для меня. И в финальных сценах фильма об этом как раз и идет речь. Что такое война? Это нечто противоестественное человеческой природе, как считал, к примеру, Лев Толстой, или, наоборот, нормальное состояние человечества? Войну все ругают и проклинают, но по сути, она не заканчивается никогда. Посмотрите — в мире постоянно кто-то где-то воюет…
Режиссер отвечает на вопросы зрителей в РИАНе. Фото Дмитрия Пасечного.
Финал «Белого тигра» остается открытым — таинственный танк так и не удается победить, «поджечь». И слова о том, что война никогда не кончается, режиссер фильма вкладывает в уста главного героя, Ивана Найденова, который устремляется вслед за своим врагом даже после того, как война вроде бы уже документально окончена.
«Белый тигр» снят по роману питерского писателя Ильи Бояшова. Он поразил Карена Шахназарова нестандартным взглядом на войну, несвойственным остальной военной прозе. Впрочем, налет мистицизма, попытка увести разговор о войне в метафизику, также несвойственен и российскому (советскому) военному кинематографу.
— Зачем мистика в фильме? Это было и в других моих фильмах, мне это интересно, — рассказал Карен Георгиевич. — Разговор о природе войны для меня без этого не может состояться, потому что война сама по себе мистична, таинственна.
Кадр из фильма
В любой притче есть некий уровень обобщения, за которым исчезает личность. В фильме Карена Шахназарова личностей тоже нет — есть некие силы, которые действуют помимо воли обычных людей. Панцер «Белый тигр», супермашина убийства, которую никто не может победить. Мертвый танк без экипажа, он — воплощенное в железе зло, словно созданное неоязыческими устремлениями создателей третьего рейха. Танкист Иван Найденов тоже не похож на живого. Он суперсолдат, который после своего второго рождения не помнит о себе прежнем ничего, но слышит голоса подбитых танков и становится неуязвим для оружия. Он молится танковому богу, который сидит на облаке в танкошлеме, ездит в золотом танке и повелевает громом. Почти Илия Пророк, персонаж народной религии, которую язык не повернется назвать христианством.
Две эти силы, два героя, танк и человек, зло и добро (вроде бы) пытаются побороть друг друга. Но жизни в этом нет — есть что-то монументальное, холодное и умозрительное. А впрочем, есть ли вообще жизнь на войне? Этот вопрос задает себе зритель после просмотра фильма Карена Шахназарова «Белый тигр». И не получает ответа.
Впрочем, давать ответы на какие бы то ни было вопросы в задачи режиссера и не входило. Во время разговора в РИАНе он часто повторял, что зритель должен сам для себя решить, с кем, например, беседует Гитлер, и что имелось в виду под образом разрушенного храма в деревне, где произошла последняя дуэль танка и человека. В этом смысле, история Шахназарова на притчу не похожа. Как не похожа и на фантастический боевик, погруженный в реальность войны (определение режиссера). Жанровая размытость и стремление механически объединить конкретное и вечное оставляет некоторый осадок недоумения в придачу к уже имеющимся вопросам по смыслу.
Кадр из фильма
Однако попытка снять новое кино о войне Карену Шахназарову удалась. Новое не только для самого режиссера, но и новое в плане осмысления. Как сказал сам Карен Георгиевич, чем дальше отходит от нас война, тем больше она требует к себе подходов.
Пусть первый из таких новых подходов будет со знаком вопроса.