«Язычники» — полемика о любви
![]() |
Удачных примеров того, как спектакли перекочевывают на большие экраны, не так уж мало: «Квартет И», Виктор Шамиров, Кирилл Серебренников — и всегда получалось ярко и достойно просмотра. Но редко это касалось столь серьезного драматического материала, разве что «Ученик» Серебренникова. Получилось перенести пьесу в кино и у Валерии Сурковой: только в паре мест в фильме начинает проступать современный театр с его близким к аутизму абсурдом и удушающей герметичностью. В остальном же «Язычники» — очень бюджетная, вполне пригодная как для большого экрана, так и для телевидения психологическая и социальная драма с религиозным подтекстом, недвусмысленно заявленным в названии. В феврале нынешнего года фильм уже побывал в прокате, собрав без малого пять тысяч долларов (успех более чем скромный).
«Язычники»… В этом слове в сочетании с коврами и масками на стенах, плешивыми интеллигентами в майках-алкоголичках, застольями, ссорами и зимней слякотью чувствуется что-то особенно зловещее, безысходное и нездоровое. Картина не разочаровывает, помещая зрителя в эпицентре уныния, разобщенности и безвыходной тоски, то есть в семье ищущего работы по специальности кларнетиста Олега (Валентин Самохин) и риэлтора Марины (Елена Нестерова). Их дочь Кристина (Виталия Еньшина) вылетает из института и нередко возвращается домой пьяной, о чем сообщает сосед Боцман (Дмитрий Уросов), отвечающий за перманентный ремонт на кухне. Вязкий и тягостный статус-кво нарушает внезапный визит в семью матери Олега, Натальи (Татьяна Владимирова). Эта богомольная и крепкая еще бабушка знает о своей скорой смерти. Всю жизнь с молодости она провела в монастырях и паломничествах, замаливая грехи и постоянно бросая маленького Олега на волю Бога и соседей. В общем, нетривиальный персонаж для современного кино, сыплющий цитатами из Библии и знакомых священников, кропящий все вокруг святой водой и потчующий родню медком с пасеки.
![]() |
Никто не рад приезду бабушки, а вернувшаяся «на бровях» Кристина откровенно посылает прародительницу. Однако Наталья не отчаивается, а проявляет крепость духа и недюжинное смирение, особенно в разговорах с внучкой. Разговоры эти особенно интересны как точно найденной интонацией, так и какой-то большой правдой характера. А дуэт Еньшиной и Владимировой — своеобразный интеллектуальный и духовный нерв картины, и то, что между бабушкой и внучкой возникает не слишком много взаимопонимания, тоже симптоматично.
Непутевому сыну православная бабушка предлагает работу в епархии, на складе, для чего риэлтору Марине необходимо найти огромное помещение. Вскоре материальное положение семьи поправляется, сосед Боцман внезапно излечивается от алкоголизма, а бабушка берет бразды правления в свои руки. Вроде бы все становится на твердую ногу, однако не оставляет ощущение грозящей беды и какой-то «присобаченной» духовности. Единственная, кто не принимает новое положение вещей, — внучка Кристина, которая сопротивляется и собственному крещению, и запланированной бабушкой отчитке от бесов.
![]() |
Подмороженное дисциплиной болото в семье Олега не выдерживает Кристины. Как и полынья, где студентка то ли нарочно, то ли нечаянно оказывается после разговора с преподавателем (Артем Григорьев), которого любит. Здесь зритель впервые смотрит на Кристину глазами стороннего человека: преподаватель считает её очень искренней, чистой и хорошей, но не хочет связывать с ней судьбу. Из колючего, ленивого и если ли не бесноватого, то уж точно развращенного подростка девушка превращается в тонко чувствующего, религиозного и поэтически одаренного человека, не способного справиться с эмоциями и оттого позволяющего себе хамские выходки, эпатаж и вранье. Тут играют на руку поэтические вставки в хип-хоп стилистике, где под нехитрый бит Виталия Еньшина начитывает богоискательские тексты в духе то ли Веры Полозковой, то ли «Ночных грузчиков», но пронзительней и выше.
Фильм Валентины Сурковой — не только о нелюбви, ставшей одной из главных тем в российском кино. Здесь все движется в фарватере, который проложил Андрей Звягинцев: крушение семьи, неспособность уважать и ценить ближнего, нежелание жертвовать временем и комфортом, атомизация общества. Создатели «Язычников» пошли еще дальше, увидев нелюбовь и неблагодарность не только между самыми близкими людьми, но и на более высоком, метафизическом уровне — по отношению к Творцу.
![]() |
И здесь уже, наверное, впору религиозно оскорбиться: отчего же Анна Яблонская и Валентина Суркова не показали ни одного персонажа, обладающего любовью хотя бы в самой простой, зачаточной мере? Если родители Кристины давно забыли про Бога, то бабушка, всю жизнь скитавшаяся по богомольям, готова видеть в душевно раненном подростке скорее бесноватую блудницу, чем просто неудачно влюбленную внучку. Язычницей оказывается и Наталья, потому что надеется на внешние обряды и денежное довольствие куда больше, чем на Бога.
Да и сама Церковь, куда Олег зашел с черного входа складского работника, предстаёт организацией неприятно богатой и отнюдь не бескорыстной. Пусть в лице только одного батюшки, который отгружал на склад коробки с неизвестным содержимым. Но не может быть, чтобы создатели «Язычников» не знали о честных и бескорыстных священниках, прихожанах и даже захожанах, которых так много в российских храмах. Знали, но не сказали. И обижаться за это на них не следует: «Язычники» — не история о нарушениях устава или закона, а скорее попытка рассказать о постоянном поиске Бога-любви, к которому призваны христиане. Ведь ни обряды, ни маски, на заклинания, ни искусство не явили чуда исцеления, а только любовь и молитва, воплощенная Олегом в музыке, смогли пробудить Кристину из комы. В то самое время, как богомольная старушка Наталья рассуждала о преимуществах смерти на Светлой седмице...
![]() |
Язычество в картине — любая попытка манипулировать Богом, Его волей, людьми, их верой и сомнениями. Любая попытка клеймить и осуждать человека, объясняя его неурядицы неправильным положением «метафизического тела». Не отсутствие смысла жизни, таинства крещения или даже веры в Бога, а в первую очередь отсутствие любви — вот единственное неправильное расположение души, считают создатели картины. Мнение, прямо скажем, далеко не бесспорное, но полемичен и провокационен весь фильм — он побуждает к размышлениям и диалогам. Жаль, что каждый год не выходит с десяток таких острых картин о нас, нашей жизни в Церкви или, как называл это Василий Розанов, внутри священного круга ее ограды.