Синтез легкости и грусти от Кадзуо Исигуро
![]() |
Фото: Eksmo.ru |
Этот сборник — нехарактерный для нобелевского лауреата 2017 года, ведь романные формы Кадзуо Исигуро часто отсылают к истории Японии ХХ века. Первые три крупных произведения автора рассказывают о том, как прошлое перекликается с настоящим. Например, в романе «Там, где в дымке холмы» поколенческая травма от бомбежки городов проживается героиней после личного горя. Разрушение и воссоздание Нагасаки и самоубийство старшей дочери оказываются в одной цепочке, ведь травматический опыт родителей непроизвольно отражается на детях. И хотя Эцуко эмигрировала из Японии в Англию, это не защитило ее от воспоминаний, как и не спасло ее ребенка от тоски и одиночества в новой стране, усиленных впитанной с детства историей о случившейся катастрофе, переживанием потери родного города еще до переезда.
В «Ноктюрнах» же все пронизано нежными, сложно уловимыми оттенками, создающими настроение. Кажется, писатель решил воплотить музыкальные экспромты и поиск мелодии в прозе. Неожиданный поворот сюжета, странное совпадение-встреча… Сам Кадзуо Исигуро когда-то занимался музыкой, играл в клубах, стал соавтором нескольких песен, и героями своих рассказов он делает музыкантов на разных этапах жизни.
Интересно следить за историей знакомства стареющего, знаменитого в прошлом музыканта, ищущего возможности вновь прославиться («Звезда эстрады»), и молодого гитариста, только начинающего свой путь. Или смотреть, как музыка способна объединить людей в юности, и спустя много лет, когда их дружба угасает, единственное, что примиряет между собой и вызывает тепло — общие музыкальные вкусы («И в бурю, и в ясные дни»). Наблюдать за счастливыми днями виолончелиста («Виолончелисты»), который ощутил себя настоящим творцом благодаря занятиям под руководством полусумасшедшей женщины. Она была уверена в своей гениальности, хотя так и не выучилась играть ни на одном инструменте. Уроки с ней в самом деле помогали, наставница оказалась тонким музыкальным критиком, и герой под её влиянием поверил в собственную исключительность, перестал объективно оценивать свои силы. Начал стремиться получить сразу лучшие предложения — и оттого оказался в проигрыше.
Каждый из пяти рассказов сборника объединен духом музыки и человеческой драмой — отсюда сочетание подчас комических, замечательно выписанных ситуаций с общей минорной интонацией.
![]() |
Кадзуо Исигуро. Фото: Chinessmedia.com |
Автор создает пространство, в котором судьба музыканта связана не только с талантом, но и с множеством деталей, пронизывающих жизнь. Свобода выбора сочетается с предрешённостью, возникающей из непредсказуемого стечения обстоятельств. Наравне со стремлением героев чего-то достичь Исигуро раскрывает роль случая. Как правило, главные события в жизни персонажей происходят благодаря спонтанному решению заговорить, куда-то поехать, на что-то откликнуться. В результате, когда герои ставят перед собой цели, они редко оправдываются. Автор подчеркивает, что движение часто важнее замысла, ради которого совершалось, и требуется решимость начинания, результат же не всегда предсказуем и зависит не только от воли человека.
Со свойственным ему талантом писатель показывает иллюзорность механистичного восприятия действительности, когда герою кажется, что все можно просчитать или вписать в понятную цепь причин и следствий. Изображает ошибочность человеческих представлений рядом с щедростью и непредсказуемостью жизни. Словно человек видит лишь малую часть, и его рациональные решения значат куда меньше, чем какой-то общий замысел над ним или его собственный характер, приводящий постепенно и неосознанно, шаг за шагом, к новой ситуации.
При этом рассказы наполнены мягким светом: в них действительно много от образа сумерек, романтических, чуть печальных, скрывающих от героев, что будет дальше. Почти никто из персонажей не имеет отчетливого представления, способны ли его действия привести к желанному успеху. Они нащупывают почву, даже расстаются с близкими ради известности, но при этом автор развивает нечто противоположное идеям карьерного успеха. Он не показывает, что упорство непременно вознаграждается — в его прозе это не первостепенно. В «Ноктюрнах» заметно, как все многогранно, хрупко, трудно предсказуемо, и при этом — как дороги даже короткие встречи. Камерность и теплота, мягкость итальянского вечера, случайная ласка улыбки из проходящего поезда — вот общее впечатление, возникающее после закрытия книги. Словно большой писатель решил отдохнуть от масштабных тем, отметив значимость и драматичность течения жизни в ее красоте и неизвестности.