Буря в стакане юмульча: рассказы Пак Вансо
![]() |
В Корее Пак Вансо — признанный классик, лауреат нескольких премий, её называют крёстной матерью современной корейской литературы. На русском языке издано несколько её книг: «Как их много», «Добрая Покхи», «Забытый вкус кислички», «Действительно ли это была та гора?». Но жизненный путь писательницы не был гладким: Пак Вансо осиротела в три года, провела детство в деревне с родственниками, её учёбу в университете прервала Корейская война и раздел страны, супруг попал в тюрьму из-за обвинения в мошенничестве, а один из сыновей трагически погиб. Литературный дебют писательницы состоялся, когда она уже была в достаточно зрелом возрасте и ей было что рассказать — о малой родине, о политической ситуации в стране и особенно — об отношениях с родственниками разных поколений.
На первый взгляд, эти темы простые, безрадостные и явно не из тех, что принято романтизировать, поэтому такое нечасто встречается в популярной литературе: «Кому пожелаешь такого счастья? Я каждый день прошу предков, Будду и даже Иисуса, чтобы они позволили мне жить до тех пор, пока я без посторонней помощи могу ходить в туалет. Я прошу об этом, когда прохожу мимо храма или церкви, молюсь об этом перед тем, как уснуть, в надежде, что если не они, то какой-нибудь призрак или дух услышит меня и выполнит мою просьбу». Сочетание тонкого психологизма, детальных описаний экзотического быта и вечных тем делает прозу Пак Вансо по-настоящему интересной и глубокой.
Вся прелесть прозы Пак Вансо открывается при медленном и вдумчивом чтении, к которому располагает медитативный, размеренный тон повествования, в чём-то похожий на стиль Элис Манро. Как и западная писательница, Пак Вансо работает в жанре короткого рассказа, полностью сосредотачиваясь на бытовой жизни и внутреннем мире тихого, скромного персонажа, в котором русский читатель узнаёт традиционный образ «маленького человека». Как и у Манро, в центре повествования — зрелая женщина, в чём-то похожая на автора, смотрящая, как старятся родители, и начинающая подводить предварительные итоги своей жизни. И это всегда — очень одинокий человек, лишённый возможности разделить с кем-то свои чувства и встретить понимание хотя бы в собственной семье.
Но если у Элис Манро всё внимание сосредоточено на чувствах, у Пак Вансо в каждом рассказе ситуацию значительно осложняют традиции, принятые в Корее. В романе другой корейской писательницы Хан Ган «Вегетарианка» тоже показана удивительная корейская консервативность: такое, казалось бы, обычное решение, как переход на вегетарианство, воспринимается как признак сумасшествия и серьёзный повод для развода. Пак Вансо описывает гораздо больше подобных ситуаций, но ни один и её персонажей не решается идти на открытый конфликт. Поведение людей в корейском обществе строго регламентировано старыми обычаями, во многом основанных на родственных связях и уважении к старшим. И хотя со временем традиции начинают забываться и молодое поколение всё чаще ими пренебрегает, в обществе ещё живут предрассудки и стереотипы, а чей-то отказ следовать общепринятому распорядку жизни может вызвать серьёзное возмущение, даже если речь идёт о каких-то, казалось бы, мелочах. Западному читателю может быть неясно, почему чей-то незначительный жест или обыденная фраза может так сильно задеть героиню рассказа.
![]() |
Пак Вансо |
Пак Вансо в деталях объясняет, какие глубокие смыслы стоят за этими жестами, погружая читателя в мир корейской деревни или провинциального городка конца XX века. Не всегда понятно, к какому читателю обращается автор в первую очередь — то ли к иностранцу, который не знает специфики всех этих ритуалов, то ли к соотечественнику, который стал забывать родные традиции.
Понятия чести, позора и страх стыда перед соседями в этом обществе важнее чувств самого человека, поэтому для открытого выражения эмоций и уж тем более прямого конфликта просто нет возможности: «Я бы не смогла жить так, как моя мать — постоянно скрывая свои желания и тайный гнев. Чтобы так жить, нужно вынуть из себя душу». Интересно, что пристальное внимание к внутреннему миру людей у Пак Вансо сочетается с полным отсутствием портретов: чувства настолько подавлены, что почти не проявляются на лице. Человека в её произведениях характеризует какая-то говорящая деталь: яркий цвет традиционного платья, пятнышко на старом пиджаке, перстень, белые кроссовки. Словно немного уводя внимание от слишком острых переживаний, Пак Вансо смотрит на вещи, окружающие человека.
Для своего времени и своей страны Пак Вансо — тот автор, который может открыто говорить неудобную правду и обращать внимание на темы, которые принято замалчивать, и это оказалось актуальным не только для Кореи, но и для всего мира: «Да, конечно, многие женщины избежали подобной участи, но какой ценой? Когда женщина, желая избежать насилия, прыгает с десятого этажа, — разве не преступник виноват в этом? Разве можно считать это самоубийством? По всей Корее была уничтожена радость любви, её ароматное дыхание, и если мы забудем эти преступления против мира и людей, мы не можем называться людьми. Понимаете ли вы мою душу? Я хочу добавить к обиде тех, кто пострадал, ярость тех, кто избежал этого».
Выхода из описанных ситуаций Пак Вансо не видит или не считает нужным показать читателю. Когда внутреннее напряжение достигает предела, повествование вдруг резко обрывается. Вместо того, чтобы дать ответ или хотя бы показать своё собственное отношение к истории, Пак Вансо каждый раз оставляет читателя с открытым концом, изящно завершая рассказ созерцательным описанием, словно заставляя почувствовать себя таким же, как герои рассказов — одиноким, растерянным и не понимающим, что делать дальше. Но, возможно, именно в одиночестве находятся самые важные ответы.
*Юмульча (юмульчха) — корейский чайный напиток, заваренный из молотых сушёных плодов растения «Иовлевы слёзы» (бусенник обыкновенный)