«Новый порядок»: Немыслимый хаос революции
![]() |
В «Роме» мексиканского режиссёра Альфонсо Куарона есть тревожный эпизод. Герои едут в магазин — заказывать кроватку для ещё не рождённого ребёнка. Внезапно компания попадает в самую гущу студенческих волнений 1971 года. Это было страшное время в истории Мексики: 10 июня в Мехико было убито более 100 демонстрантов. В фильме одного из них убивают на глазах беременной героини. Куарон точно передаёт стихийный ужас массовых столкновений. В кадре появляются вооружённые молодчики и просто делают, что хотят. Обычные люди противостоять этому не могут. Перед такой силой одинаково теряются как бедная служанка, так и её более обеспеченная хозяйка.
Мишель Франко — мексиканец. Очевидно, он знает прошлое своей страны и фильм Куарона. «Новый порядок» — история двух мексиканских семей, оказавшихся в центре жестокой революции. Здесь получается всё, как у Куарона: перед страшной силой бедные и богатые равны.
Для начала, впрочем, хочется рассказать немного о режиссёре. Мишелю Франко 41 год, и российской публике он уже известен. В 2012 году в российский прокат выходила его молодёжная драма «После Люсии», отмеченная в Каннах премией «Особый взгляд». Я видел лишь три фильма этого режиссёра, но заметил в них нечто общее: это жизненные истории, поначалу простые и даже немного скучные, которые в какой-то момент начинают пугать необъяснимой жестокостью. Зло появляется в этих картинах внезапно, неотвратимо, буквально из воздуха, так что избежать его никак нельзя. Оно возникает в кругу друзей, оно появляется в родном доме, оно перелезает через высокие стены. Фатум Мишеля Франко пугает своей непринуждённостью и обыденностью.
![]() |
«После Люсии» рассказывает о старшекласснице Алехандре, которая потеряла мать в автокатастрофе. Вместе с отцом она переезжает из Пуэрто-Вальярта в Мехико, где, несмотря на тихий характер, быстро находит новых школьных друзей. На вечеринке она занимается сексом с одноклассником, позволяя тому заснять весь процесс на видео. Далее видео, конечно же, попадает в сеть, а Але мгновенно становится «шлюхой» для всей школы. Одноклассники начинают травить девушку, что приводит к самым печальным последствиям. Фильм «После Люсии» можно назвать «интернациональным» в том смысле, что в нём прекрасно считываются и российские реалии. В России в похожей ситуации всё было бы точно так же: девушку заклеймили бы, а парень повысил бы свой авторитет среди друзей, отделавшись минимальными потерями. Впрочем, режиссёр не пытается разобраться, почему в современном мире женские проступки наказываются жёстче, чем мужские. Вместо этого он показывает, что фатум беспощаден ко всем без разбора, а «высшая справедливость» справедлива по-своему. Преступление и наказание по-мексикански — это оглушающе сурово.
Драма «Дочери Абриль» (2017) тоже была отмечена в каннской программе «Особый взгляд», но на сей раз — призом жюри. Это уже чисто семейная история. Две сестры — Валерия и Клара — живут в домике у моря в Пуэрто-Вальярта. 17-летняя Валерия ждёт ребёнка от столь же юного Матео, но денег на совместную жизнь у молодых нет. Тогда Клара вызывает на подмогу предприимчивую мать Абриль, которая приезжает из Мехико и начинает обустраивать быт сестёр. Энтузиазм Абриль таков, что она постепенно получает контроль не только над младенцем Валерии, но и над её парнем. Казалось бы, удивительная история — такого не бывает! Но тут же вспоминается, как Сергей Довлатов писал в «Соло на ундервуде»: «Семья — не ячейка государства. Семья — это государство и есть. Борьба за власть, экономические, творческие и культурные проблемы. Эксплуатация, мечты о свободе, революционные настроения. И тому подобное. Всё это и есть семья». И вопросы отпадают сами собой. Но отдельно интересно, как в фильмах Франко возникает это противостояние: небольшой город (Пуэрто-Вальярта) — мегаполис (Мехико). Мегаполис здесь выступает местом, где находится зло, хотя в фильме на этом нет специального акцента (то ли дело великая российская «Окраина» 1998 года, где столица выступает явным воплощённым злом).
![]() |
Пережив локальные школьные и семейные драмы, Мишель Франко вышел на другой уровень: в «Новом порядке» показана трагедия государственного масштаба. И хотя эта история является вымышленной, представить нечто подобное в реальности не так уж сложно. Ведь уже были «Каракасо» — венесуэльские протесты февраля 1989 года, закончившиеся массовой гибелью людей. И даже недавние протесты в Беларуси, хоть и обошлись без массовых смертей, содержали в себе многочисленные «тревожные звоночки» вроде сообщений об издевательствах силовиков над протестующими.
Начинается фильм с коротких эпизодов, намекающих на революцию. Красноречивы те кадры, где показана толпа убитых людей: камера скользит по застывшим телам, сразу очерчивая масштаб трагедии. Здесь Франко следует за лучшими классиками и современниками. Нечто подобное было и у Ингмара Бергмана в «Стыде» (1968), и у Алексея Федорченко в «Войне Анны» (2018).
После начинается основная история, и здесь Франко верен себе: поначалу он показывает обычную спокойную жизнь (в данном случае это жизнь привилегированного класса). Нам показывают свадьбу богатых людей: красивые молодожёны, влиятельные гости, идиллия и лоск. И здесь же снуют слуги, похожие на тех, что мы видели в «Роме». Один такой слуга, уже не работающий в доме, приходит на свадьбу, чтобы попросить у хозяев денег для своей больной жены. Но такой гость неприятен хозяевам: он мозолит глаза, от него пытаются избавиться, и лишь молодая жена Марианна интересуется чужим горем. Она бросает собственную свадьбу и в компании молодого слуги Кристиана уезжает из дома, чтобы помочь несчастной семье. В этот момент на дом, как лавина, обрушивается революция. Франко показывает ситуацию, в которой классовая ненависть достигла своего апогея. В такой ситуации люди превращаются в хладнокровные машины для убийства. В этот момент «Новый порядок» напоминает мне, как ни странно, «Техасскую резню бензопилой» (1974). Именно там была показана эта пугающая бесчувственность убийства, когда убийца убивает просто потому, что может и хочет: раз, два — и героя уже нет в живых, потому что бывают ситуации, не поддающиеся объяснению. На свободу вырывается какой-то совершенно немыслимый хаос, и всё человеческое отходит на второй план.
![]() |
Марианна благодаря своей доброте избегает расправы, но попадает в не менее скверную историю. Её забирают военные, пытающиеся нажиться на революции. Они ловят более или менее состоятельных граждан и помещают их в лагеря для дальнейшего шантажа обеспеченных родственников. В этот момент становится понятно, что в стране начинает складываться хунта, и от этого фамилия режиссёра начинает играть неприятными ассоциациями, напоминая об испанском военном диктаторе Франсиско Франко.
Фильм бьёт в кучу болевых точек современности. Временами он может напомнить даже о беспорядках в США, случившихся после смерти Джорджа Флойда. «Новый порядок» жесток. Он говорит: добро должно быть с кулаками, но иногда даже кулаков не хватает для защиты. Не всем зрителям фильм покажется достаточно реалистичным, однако он точно передаёт все эти чувства: беспомощность, бессилие, безысходность, отчаяние. Страшно жить в мире, где у тебя нет ресурсов, чтобы спасти жизнь близкого человека. И страшно жить в мире, где у тебя есть ресурсы, но они уже ничего не значат, потому что власть и деньги отменены, потому что отменена сама человечность.
Ключевые цвета картины — красный (костюм главной героини) и зелёный (краска, которую используют протестующие в ходе борьбы). Красный здесь выступает цветом власти, ведь Марианна из влиятельной семьи, а зелёный — цветом угнетённых низов. И именно эти два цвета являются основными цветами мексиканского флага. Вероятно, это своего рода совет всем соотечественникам режиссёра (человека из обеспеченной семьи): нам нужно быть добрее друг к другу, ведь мы с вами вместе — вот, развеваемся на одном флаге.
Франко рисует, возможно, худший результат развития революции. И в этом смысле понятно, почему фильм пропустили в российский прокат и крутили его половину лета. Это наглядное предупреждение тем, кто хотел переворота в России: а вам оно надо?
В финальных титрах фильма есть надпись: «Картина Омара Родригеса-Грэма "Только мёртвые видели конец войны"». С одной стороны, эта надпись говорит нам о том, что в начале фильма на экране была показана именно эта работа современного мексиканского художника.
![]() |
С другой стороны, это название художник взял из Платона, так что в довесок зрители получают тревожное философское послесловие. Потрясения в мире продолжаются, и нам, живым, нужно как-то со всем этим справляться.